• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Александр Нененко об академическом треке и изучении чувств на примере обоев

Наш цикл интервью с сотрудниками лаборатории продолжается и в этом учебном году. На это раз мы пообщались с Александром Нененко, который объяснил свою мотивацию вести академическую карьеру, рассказал о тактильности, а также нашёл взаимосвязь между мультисенсорностью и коммунизмом.

Стажер-исследователь Александр Нененко

Стажер-исследователь Александр Нененко
Из архива Александра Нененко

О пути в лабораторию

Мой путь в лабораторию начался с первого курса Вышки. Когда я сюда поступил, то сразу захотелось влиться в какую-нибудь научную «артель». Посмотрел на сайте факультета, что на тот момент работало две научно-учебных лаборатории – это были UME Lab и лаборатория социальных исследований города. Социология меня тогда вовсе не впечатляла и не интересовала, поэтому я и выбрал UME Lab. 

 

У нас тогда были буквально последние очные пары перед карантином на первом курсе, весной 2020 года, я подошел к Ксении Майоровой (подробное интервью с Ксенией Майоровой вы можете прочитать тут) после пары – она у нас вела научно-исследовательский семинар  по критическому мышлению – и спросил о лаборатории, что в ней изучают, делают. Она предложила присоединиться к ридинг-семинарам UME Lab, которые тогда только планировались. Потом случился ковид, дистанционное обучение, но ридинги всё равно начались. Я из Краснодара начал к ним подключаться, мы обсуждали разные вопросы, и я находился в немного ошалевшем состоянии от того, что происходит и обсуждается, потому что не очень силён в философии, а тесты были для меня глубоко философские, тяжёлые. Медленно и с большим трудом я пытался в них разобраться, а потом появились статьи по нейрокогнитивистике, и я почувствовал большую уверенность, так как экспериментальная часть для меня всегда была более понятной. Читать условного Делёза, всё-таки, для меня сложновато. Именно так прошёл для меня ридинг, раз в неделю мы подключались и обсуждали разные тексты почти всю весну и лето 2020 года, а потом нам сообщили о наличии мест со ставками в лаборатории и предложили мне с Катериной (интервью с Катериной Лысенко вы можете прочитать тут) податься. Нужно было выполнить тестовое задание – написать рецензию на книгу. Я сначала выбрал книгу «The city of the Senses», а потом понял, что это текст о марксистской теории, о рынке и капитализме, не совсем о чувствах в нужном понимании, поэтому в итоге писал рецензию по другой книге – «The City and the Senses», которая оказалась классным сборником статей по истории чувств. Было довольно смешно, потому что сложилась ситуация – нас прошло 4 человека: я, Катерина, Алиса (интервью с Алисой Сторчак вы можете прочесть тут) и Василиса – мы с Василисой по одной книге писали рецензии и ещё Алиса и Катерина выбрали одну и ту же книгу. 

Медленно и с большим трудом я пытался разобраться в философских текстах, а потом появились статьи по нейрокогнитивистике, и я почувствовал большую уверенность, так как экспериментальная часть для меня всегда была более понятной.

 

Почему академия?

Я чувствую себя в академическрй среде комфортно – пробовал разные форматы работы в своей жизни и в какой-то момент осознал, что преподавание и академическая карьера для меня наиболее сбалансированы как какое-то место пребывания. Так как там довольно трудно закрепится, то и путь нужно начинать сильно заранее, чтобы к моменту выпуска уже получить академический «жирок», с которым бы тебя куда-нибудь да приняли.

 

Мне интересно заниматься организацией, в частности лектория, нравится выводить новых людей на общении в лаборатории, как я нашёл первых лекторов. Они принесли нам много новых идей и даже согласились прийти к нам на внутренние НИСы. Так как это научно-учебная лаборатория, мне нравится обучение академической деятельности. Мне кажется, что НУЛ – это довольно-таки комфортная среда для студентов, потому что они вроде как младшие научные работники или сотрудники, а с другой стороны, с них не требуют внушительных статей или монографий ко вчера. То есть какие-то посильные задачи, которые помогут тебе в принципе приобрести академические навыки и которые дадут тебе некоторый задел на будущее, по типу тех же статей, каких-то организационных моментов и всякого прочего.

 

Тут ещё интересен опыт какой-то кооперации, как с той же Солянкой, когда нужно собрать данные самому, потом придумать, как собирать данные другим людям, потом другие для тебя соберут данные, будут придумывать новый гайд, чтобы теперь уже ты стал подопытным для них. Эти данные необходимо сообща обрабатывать, писать отчёты и нужно грамотно делиться информацией по поводу того, что получилось. Мне кажется, что самые классные и продуктивные моменты были в конце прошлого года, в декабре – ридинги по разным модусам, по анализу данных с Солянки.

 

Более глубокое погружение в тему тактильности у меня произошло в тот момент, когда бездушная* зум-машина определила меня на тему, в которой я и сейчас нахожусь. На одной из наших внутренних онлайн-встреч НУЛ мы подошли к непосредственной обработке собранных полевых данных, а для оперативного распределения на команды Каринэ Никогосян (интервью с Каринэ Никогосян вы можете прочесть тут) предложила создать сессионный залы с названиями: «Обоняние», «Звук», «Визуал», «Вкус» и «Тактильность». Так благодаря случайному распределению по залам я и попал в тактильность. Перед распределением я ещё подумал, что было бы любопытно позаниматься именно этой темой. Меня распределяет на тактильность, и я доволен судьбой.

Перед распределением я подумал, что было бы любопытно позаниматься именно этой темой. Меня распределяет на тактильность, и я доволен судьбой.

 

О своем модусе чувств

Изначально мы много работали над пониманием происходящего, потому что множество данных, что были в графе «Тактильное», не совсем походили на тактильность. Мы вообще не понимали, что это такое. Там были: чувство голода, чувство опасности от проезжающей машины, чувство комфорта на улице, при этом люди отмечали эти ощущения как тактильную информацию и делали акцент, что это именно тактильный модус. Тогда мы с коллегой вывели на обсуждение, что тема тактильности получается крайне обширной, что она выходит за пределы человека, не локализуется только на руках, многие в тактильных своих дневниках отмечали, что главное различие Солянки по ее протяжению, это различие материала под ногами.

Тактильные поверхности
Из архивов лаборатории

Тактильность у нас не обязательно находится на кончиках пальцев, потому что некоторое предмнение, которое у нас было, некоторое предположение, что тактильность у нас будет из разряда «я пощупал_а». Оказалось, что тактильность - это не только о касаниях рук, но и о плитке, об асфальте, о вибрации от трамвая и пыли в воздухе. Потому мы еще сильнее копнули в данные и поняли, что у нас в принципе есть 4 зоны на теле, которые мы бы отнесли к разным видам получения тактильных данных. У нас есть руки, которыми мы целенаправленно что-то щупаем, у нас есть ступни, которыми мы вынуждены чувствовать поверхность, по которой ходим, у нас есть лицо, в которое нам дует холодный ноябрьский ветер или наоборот светит солнце, и ещё у нас есть наше тело, наше туловище, которое тактильно-телесное, так как были данные о том, что человек воспринимает себя немного в отрыве от своего тела по отношению к какому-то объекту. В целом это оказалось безумно интересным, мы начали этим заниматься, но, когда перешли к какой-то концептуализации статьи, заострились немного на другом. 

В целом это оказалось безумно интересным, мы начали этим заниматься, но, когда мы перешли к какой-то концептуализации статьи, заострились немного на другом.

Оказалось, что есть любопытный феномен в виде предполагаемой тактильности, когда ты не трогаешь какой-то объект, но посмотрев на него знаешь, какой он на ощупь, можешь предположить. Уже в этом ключе мы с Катериной пытались развить концептуализацию, задавали друг другу вопросы и записывали ответы – именно в таком обсуждении рождались какие-то гениальные идеи, которые потом мы структурировали и с восхищением перечитывали.

Александр Нененко и Катерина Лысенко
Фото из архива В. И. Самсонова

Просто на каком-то бытовом объяснении: вот есть стена напротив. Какая она на ощупь? Посмотри на стену. Что ты видишь? Ты видишь какие-то шероховатости? Ты знаешь, что она ровная или шершавая, но при этом, кроме того, что ты знаешь, какая она на ощупь просто потому, что ты ее уже трогал, ты за несколько мгновений до осознания своего опытного знания текстуры получаешь некоторое предрефлексируемое понимание текстуры. Ты посмотрел на эту стену и решил, что она шершавая. Сначала ты подумал, что она шершавая, потому что ты увидел на ней какую-то светотень, а потом ты понял, что она шершавая исходя из своего опыта взаимодействия с этой текстурой. 

 

Ещё интереснее другое, когда у тебя визуальная текстура не совпадает с текстурой, которую ты знаешь. Мы развивали это буквально на примере обоев в моей квартире, что если на них прямо светит свет, то они кажутся гладкими, но я-то знаю, что они с рисунком, просто этот рисунок виден, лишь когда появляется тень. Так мы постепенно и разбирали связь тактильности и визуала, выдавали в предполагаемую тактильность, которую можно развивать ещё больше и ещё глубже. Что не обязательно нам только видеть объект, чтобы предполагать его текстуру, мы можем слышать взаимодействие с ним, мы можем нюхать его чтобы понять, какой предмет на ощупь. 

 

О наблюдениях и мероприятиях

Мне кажется, что некоторую проблему работы лаборатории по отдельным модусам чувств я вывел на поверхность при подготовке лектория. Я предложил отказаться от идеи мультисенсорности в повестке, потому что мы не можем её найти в какой-то виде даже у себя. Так сформировалась идея лектория по городским sensor studies – в таком виде лекторий и прошёл. Мне кажется, что лаборатория могла бы куда логичней заниматься именно sensor studies, как мне кажется мультисенсорность – это какая-то утопия, до которой мы никак не можем дойти, мы даже не совсем понимаем, что это такое. Можно сказать, что мультисенсорность – это коммунизм, к нему коллектив очень хочет прийти, но вот пока не получается. 

Можно сказать, что мультисенсорность – это коммунизм, к нему коллектив очень хочет прийти, но вот пока не получается.

Летом у нас состоялся открытый лекторий (подробнее о летнем лектории вы можете прочитать тут), на него мы подбирали спикеров примерно так: решили, что хватит заниматься некоторой вещью в себе и нужно устроить диалог дисциплин. Что другие науки думают о сенсорах вообще? Как они их изучают? Что они думают о сенсорах в городе, в частности? Таким образом у нас сложилась довольно-таки разношёрстная команда. Первым был архитектор Михаил Васильев, которой занимается архитектурной акустикой, второй у нас была антрополог Мария Пироговская, которая в принципе занимается антропологией чувств и их историей, она уже рассказывала о фундаментальных исследованиях. Затем, у нас были географы Виктор Матасов и Юлия Кобылянская, которые рассказали о своем совместном проекте исследования звуков в городе с целью дифференциации городского пространства на примере одного района. Завершал наш лекторий Илья Инишев, который дал снова весьма интересную оптику на вопрос мультисенсорности, при том, что он вообще занимается визуальным восприятием, а наша лаборатория стоит на критике визуальной культуры.

Подписывайтесь на наш YouTube-канал

Скоро мы планируем второй лекторий, его идея – рассмотреть изучение городских сред, в том числе сенсорных. Опять же, с разных точек зрения. Если до этого, на первом лектории, мы задавали максимально широкий вопрос – как вы изучаете сенсоры в городе? Что это такое для вас? И сам ответ специалистов был весьма широкий, то сейчас мы ставим более узкую тему – мы говорим о средах в городе, разбираем их формирование, изучение и конструирование, поэтому ищем специалистов, которые бы занимались городскими средами, которые делают наш сенсорный мир. Мы хотим услышать архитекторов света, которые занимаются тем, чтобы горожанам было интересно гулять вечером по какому-либо парку, хотим услышать психологов, которые занимаются изучением психологических сред в городе, хотим услышать людей, которые конструирует звуковые точки: театры или общественные пространства. Я думаю, что этот лекторий постарается быть более практическим, нежели теоретическим, как прошлый. 

 

Кроме того, меня позвали заниматься лефеврианским разрезом изучения городского географического пространства, а именно в группу по социальному производству пространства. Также я хочу подать заявку на грант фонда «Хамовники» по моим материалам студенческой экспедиции по местному самоуправлению в Переславле-Залесском. В принципе, там есть вариант развить её с одним проектным бюро, которое занимается малыми городами. И конечно мы с Катериной делаем максимум, чтобы наш проект «Маргинальная урбанистика», наш чудесный планируемый журнал независимых городских исследований начал постепенно жить в виде ридинг-семинаров, встреч и лекториев, а потом уже в формате полноценного печатного журнала.

 

Интервью взято и составлено 

Тимофеем Майко